№

Структурный элемент

Действующая редакция

Редакция предлагаемого изменения или дополнения

Обоснование

Редакция Республиканкой коллегии адвокатов

Обоснование Республиканкой коллегии адвокатов

Уголовный кодекс Республики Казахстан

1.

Новый пункт 1 статьи 1 проекта

Абзацы первый и второй части первой статьи 72 УК

Статья 72. Условно-досрочное освобождение от отбывания наказания

1. Лицо, отбывающее ограничение свободы или лишение свободы, после фактического отбытия сроков, указанных в частях третьей, четвертой и пятой настоящей статьи, может быть освобождено судом условно-досрочно, если судом будет признано, что для своего исправления оно не нуждается в полном отбывании назначенного наказания.

Лицо, отбывающее ограничение свободы или лишение свободы, после фактического отбытия сроков, указанных в частях третьей, четвертой и пятой настоящей статьи, подлежит освобождению условно-досрочно в случае полного возмещения им ущерба, причиненного преступлением, и отсутствия у него злостных нарушений установленного порядка отбывания наказания.

Лицо, отбывающее лишение свободы, назначенное за террористическое или экстремистское преступление, не повлекшее гибель людей и не сопряженное с совершением особо тяжкого преступления, после фактического отбытия сроков, указанных в частях третьей, четвертой и пятой настоящей статьи, может быть освобождено судом условно-досрочно, если оно оказывает активное содействие в предотвращении, раскрытии или расследовании террористических или экстремистских преступлений, изобличении участников террористической или экстремистской группы.

Беременные женщины, женщины, имеющие или воспитывающие малолетнего ребенка, мужчины, воспитывающие в одиночку малолетнего ребенка, женщины в возрасте пятидесяти восьми и свыше лет, мужчины в возрасте шестидесяти трех и свыше лет, лица с инвалидностью первой или второй группы, отбывающие лишение свободы за тяжкое и особо тяжкое коррупционное преступление, после фактического отбытия сроков, указанных в частях третьей и пятой настоящей статьи, могут быть освобождены судом условно-досрочно.

Лицо, отбывающее лишение свободы за тяжкое и особо тяжкое коррупционное преступление, выполнившее все условия процессуального соглашения о сотрудничестве, после фактического отбытия сроков, указанных в частях третьей и пятой настоящей статьи, может быть освобождено судом условно-досрочно.

При этом лицо может быть полностью или частично освобождено от отбывания дополнительного вида наказания.

часть первую статьи 72 изложить в следующей редакции:

«1. Лицо, отбывающее лишение свободы, имеющее вторую или третью положительную степень поведения, определенную в соответствии с Уголовно-исполнительным кодексом Республики Казахстан в случае отсутствия либо полного возмещения им ущерба, причиненного преступления, после фактического отбытия сроков, указанных в частях третьей, четвертой и пятой настоящей статьи, может быть освобождено судом условно-досрочно, если судом будет признано, что для своего исправления оно не нуждается в полном отбывании назначенного наказания.».

Депутаты

Н.Байтилесов

Ү.Шапақ

Анализ практики применения судами института УДО указывает на ряд проблем, требующих внесения изменений в законодательство. 

Первое. Статья 72 УК предусматривает применение УДО к осужденным к ограничению свободы, но реализация данной нормы закона на практике вызывает затруднения.

УИК установлены такие критерии для оценки поведения осужденного во время отбывания лишения свободы как: степень поведения, поощрения, взыскания, участие в общественной жизни и др.

В то же время критериев, касающихся отбывания ограничения свободы, нет, а представляемые службой пробации в суд характеристики зачастую являются формальными. По этой причине суды испытывают сложности при оценке поведения осужденного, отбывающего ограничение свободы.

Поэтому институт УДО  осужденных к ограничению свободы предлагается упразднить. В РФ этот институт не действует с 2003 года (ст.79 УК РФ).

Второе. Необходимо исключить абзац второй ч.1 ст.72 УК, предусматривающий обязательность применения УДО к осужденным, возместившим ущерб и не имеющим злостных нарушений.

Согласно ст.39 УК целями наказания являются: восстановление социальной справедливости, исправление лица и предупреждение новых преступлений.

Однако, как следует из абзаца второго ч.1 ст.72 УК, для УДО осужденному достаточно возместить ущерб и не иметь злостных нарушений.

Тем самым осужденному не нужно стремиться к исправлению, поскольку при выполнении указанных требований, суд обязан применить УДО без каких-либо условий.

Такое положение закона не отвечает такой цели наказания как исправление осужденного и создает условия для совершения им новых преступлений.

Более того, по некоторым делам ущерба вообще нет, что исключает необходимость его возмещения.

Третье. Обязательным условием УДО должно стать исправление лица.

Согласно ст.95 УИК для оценки поведения осужденного определяется степень его поведения.

Положительно характеризующимся осужденным присваиваются 1-я, 2-я, 3-я положительная степень поведения.

В этой связи по опыту Беларуси, где УДО применяется только к лицам, доказавшим исправление (ст.90 УК РБ), предлагается применять УДО к лицам, получившим как минимум вторую положительную степень поведения.

Четвертое. Для защиты прав потерпевших возмещение ущерба предлагается сохранить в качестве одного из условий применения УДО.

Принятие предлагаемых поправок ужесточает порядок применения УДО.

Но, при этом, условия УДО станут более ясными и понятными как для судов, так и для осужденных.

В целом, будут исключены условия для УДО осужденных, не достигших исправления и не возместивших ущерб.

Кроме того, поправки позволят установить разные условия для УДО и ЗМН, поскольку на сегодня критерии их применения практически не отличаются.

Отсутствует.

Предлагается не принимать редакцию депутатов Н.Байтилесова и Y.Шапак

Полагаем что предложенные депутатами поправки упразднения института УДО для лиц, осужденных к ограничению свободы не могут быть поддержаны адвокатским сообществом.

Приведенные аргументы в пользу устранения следующие:

1. Затруднения в реализации данной нормы закона на практике;
2. отсутствие критериев, касающихся отбывания ограничения свободы;
3. формальный характер представляемых службой пробации в суд характеристик;
4. сложности при оценке судами поведения осужденного, отбывающего ограничение свободы.

Как видно все приведенные аргументы по своей сути являются техническими:

1) Затруднения в правоприменительной практике должны быть устранены путем устранения пробелов в соответствующих НПА, регулирующих данные правоотношения, для самого осужденного, так и для органов осуществляющих исполнение приговоров, защитников, и судов.

2) Критерии касающиеся поведения оценки осужденного в период отбывания наказания должны быть установлены в НПА, что снимет сложности соответствующей правовой оценки как для судов, так и для защитников, станет понятным предмет и порядок доказывания тех или иных обстоятельств, характеризующих поведение осужденного.

3)  Предоставление службой пробации в суд формальных характеристик по своей сути свидетельствует о формальном отношении службы пробации к своим обязанностям, и не должно ставить права осужденного на УДО под упразднение.

1. Сложности при оценке судами поведения осужденного, отбывающего ограничение свободы, опять же являются следствием отсутствия достаточной регламентированности и критериев оценки для данного института.

Как видно указанные вопросы являются абсолютно решаемыми, и вместо упразднения института УДО, для лиц, осужденных к ограничению свободы, следует провести работу в целях конкретизации инструментария исполнения данного вида наказания и применения к осужденным мер УДО, понятных всем участникам процесса: службе пробации, защите, суду.

Предлагаемое депутатами упразднение института условно-досрочного освобождения посягает на конституционно значимое право осужденного на справедливое и индивидуализированное уголовно-правовое воздействие, вытекающее из принципов правового государства, гуманизма и соразмерности ответственности. Возможность заслужить условно-досрочное освобождение посредством добросовестного поведения, устранения последствий совершенного преступления и иного деятельного раскаяния является не элементом льготы, а формой реализации конституционного требования направленности наказания на исправление личности.

Исключение института УДО в отношении лиц, осужденных к ограничению свободы, приводит к нивелированию принципа индивидуализации уголовной ответственности и наказания, поскольку законодатель фактически устраняет механизм учета поведения осужденного после вынесения приговора. Тем самым осужденный лишается возможности посредством собственного правомерного поведения повлиять на объем и продолжительность применяемых к нему ограничений, что противоречит конституционному требованию справедливости наказания и принципу равенства перед законом, поскольку лица, демонстрирующие устойчивое исправление, приравниваются к лицам, не проявляющим такового.

Кроме того, упразднение института УДО трансформирует ограничение свободы в формально-репрессивную меру, не ориентированную на достижение целей уголовного наказания, закрепленных в уголовном законодательстве и вытекающих из Конституции Республики Казахстан. Отсутствие стимулирующего механизма исправления разрушает коррекционную функцию наказания и нарушает баланс между публичными интересами государства и правами личности, что не отвечает принципу соразмерности ограничения прав и свобод.

Такое законодательное решение также вступает в противоречие с принципом правовой определенности и оправданных ожиданий, поскольку осужденные, исходя из действующей правовой модели, обоснованно рассчитывают на возможность изменения правового положения в зависимости от своего поведения. Лишение данной возможности путем законодательного исключения института УДО ухудшает правовое положение осужденных без достаточного конституционного обоснования необходимости и неизбежности столь жесткого ограничения.

В совокупности изложенное свидетельствует о том, что предлагаемые изменения в часть первую статьи 72 Уголовного кодекса Республики Казахстан не соответствуют конституционным принципам справедливости, гуманизма, соразмерности и индивидуализации уголовной ответственности, в связи с чем подлежат отклонению.