Смогут ли казахстанцы выбирать себе адвоката? (Газета «КАРАВАН»)

Смогут ли казахстанцы выбирать себе адвоката?

Любой мажилисмен — потенциальный клиент адвоката

Ордера для адвокатов в Казахстане планируют упразднить, вступительный взнос в профессиональную коллегию — отменить, бесплатную юридическую помощь для социально уязвимых граждан — ввести. В Парламенте в первом чтении рассмотрели законопроект «Об адвокатской деятельности и юридической помощи». Правда самим адвокатам в зале заседаний не хватило мест.

О нормах, заложенных в законопроекте, в мажилисе рассказал глава минюста Марат Бекетаев. Законопроект  вводит ограничение на срок руководства коллегиями адвокатов, в том числе республиканской — 4 года. Бекетаев заверил: разработчики ориентировались на международный опыт.

— Там либо нет зарплаты у председателя, либо символическая зарплата, и председатель не практикует, он без зарплаты, он больше года-двух не работает, уходит и продолжает практиковать. А у нас председатели получают зарплату и не практикуют. К сожалению, нами предложенный вариант — это вынужденная мера, потому что мы наблюдаем низкую эффективность работы коллегий адвокатов, — сообщил глава ведомства.

Спикер мажилиса Нурлан Нигматулин уверен: мало того что аксакалы коллегий не дают проявить себя молодым юристам, они еще нуждающегося в защите могут лишить возможности выбора, потому что защитника сейчас можно выбрать только по согласованию с коллегией адвокатов.

— Он должен пойти в коллегию. И там дяденька сидит который 25-30 дет, решает, дать ему ордер или не дать. Если не дать, то человек, который выбрал себе защитника, не может воспользоваться этим правом. Так? — уточнил Нигматулин у Бекетаева.

— Так, — тихо согласился тот.

Мажилисмен Сергей  Симонов уточнил: действующее законодательство признает ордер документом, подтверждающим полномочия адвоката на защиту лица в уголовном процессе. И прежде, чем от него отказываться, законопроект нужно доработать.

— Как считает разработчик, ордер носит формальный характер, в некоторых случаях порождает коррупцию в адвокатской сфере. Поэтому полномочия  адвоката по конкретным уголовным делам предлагается подтверждать согласием доверителя на защиту, отраженным в протоколе производства процессуальных действий. Мне кажется, что норма до конца не проработана. Потому что ни форма согласия доверителя, ни содержание протокола, в котором это согласие зафиксировано, законопроектом не определены. И кроме того, указанная форма согласия клиента на защиту, отраженная в протоколе, не исключает зависимость адвоката, — озвучил претензии депутат.

— Наша главная цель была устранить зависимость адвоката от коллегии адвокатов, формы документов мы планировали урегулировать на подзаконном уровне, — поспешил оправдаться глава Минюста. — С теми  рисками, которые вы сейчас обозначаете, я соглашаюсь, и предлагаю до второго чтения в рамках рабочей группы их доработать.

Нурлан Нигматулин тоже призвал министра разобраться с документами, дающими право на защиту.

—  Доверенность или еще что-то будете предлагать. Я там посмотрел, по-моему, уже есть какая-то зависимость от следователя, первичный протокол когда заполняется. В общем, нам надо выработать нормальный, четкий, ясный механизм, который позволил бы адвокату быть действительно независимым, — призвал спикер. — А то мы сейчас его отрываем от коллегии адвокатов, и что бы к другому чему-нибудь его не «пристегнули».

Споры вызвала и норма об оказании социально уязвимым группам населения бесплатной юридической помощи. Это не только консультации, но и полное сопровождение в их правовой ситуации, за это юрист сможет получать 10 процентов от суммы «выигрыша», сообщил министр.

Пыл докладчика охладил спикер Мажилиса Нурлан Нигматулин. Он напомнил: в соответствии с мировой практикой пенсионеры, инвалиды, малоимущие получают юридическую помощь безвозмездно — это благотворительность.

— Однако правительственный вариант законопроекта позволяет адвокату, или юридическому консультанту, вполне законно получить 10% от суммы выигранного дела. Это полностью противоречит идее «pro bono», — подчеркнул Нурлан Нигматулин.

Словом, претензий к законопроекту много. Любопытно, что сами адвокаты свое недовольство выражали не в стенах парламента, а в социальных сетях — их сначала пригласили, а потом сообщили, что в зале для них не хватит мест. Об этом «Каравану» сообщил председатель Республиканской коллегии адвокатов Ануар Тугел. 

Он считает, что нормы законопроекта ставят адвоката в зависимость от органа уголовного преследования при вступлении в дело и представляют угрозу независимости адвокатской деятельности.

— «Адвокат вступает в дело в качестве защитника по предъявлении удостоверения адвоката, удостоверяющего его полномочия на защиту конкретного лица, и согласия доверителя на защиту. Согласие отражается в протоколе производства процессуальных действий», — так звучит предлагаемая редакция, т.е. законодатель лишает адвокатуру возможности беспрепятственно защищать права граждан, передавая оформление допуска в руки органов уголовного преследования. У следователей появится возможность не допускать излишне активных защитников к подзащитным, или же злоупотреблять выдачей допуска определенным адвокатам, по выбору следователя — считает Ануар Тугел.

Он напоминает, что адвокатское сообщество предлагало альтернативные варианты ордеру, выписываемому на ведение конкретного дела.

— К слову сказать, сами госорганы и в частности МВД и его Комитет уголовно-исправительной системы поддерживают идею сохранения у адвоката такого документа. Как он будет в итоге называться –  ордер или как-то еще — это не важно. Принципиально одно — вступление в дело должно оформляется адвокатом, а не органом, ведущим уголовный процесс. Это кстати согласуется и с международным опытом, на который постоянно ссылается разработчик, — говорит председатель республиканской коллегии.

А практикующие адвокаты в соцсетях напоминают: мажилисмены наделены депутатской неприкосновенностью лишь на время депутатского срока. После этого любой из них  — потенциальный клиент адвоката. При корректировке законопроекта неплохо было бы об этом помнить.

Елена Нефёдова, Астана

(газета «Караван», 30 марта 2018 г., № 11)

Добавить комментарий: