Право адвоката на выполнение всех своих профессиональных обязанностей без угроз, препятствий, запугивания или неоправданного вмешательства

Международная научно-практическая конференция «Адвокатура 2018»,
Алматы, Казахстан

Дворецкая Елена Николаевна

Адвокат Алматинской городской коллегии адвокатов

Член Комиссии по защите социальных и профессиональных прав адвокатов

В соответствии с пунктом 1 статьи 1 Конституции Республики Казахстан, наша страна провозгласила себя демократическим, светским, правовым и социальным государством, высшими ценностями которого являются человек, его жизнь, права и свободы.

Ратифицировав в 2005 году Международный пакт о гражданских и политических правах, наша страна приняла на себя обязательство обеспечить любому лицу, права и свободы которого, признаваемые в Пакте, нарушены, эффективное средство правовой защиты, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве (подпункт а)пункта 3 статьи 2 МПГПП).

Одним из основополагающих и неотъемлемых прав, провозглашенных в Пакте, является право каждого на справедливое и публичное разбирательство дела компетентным, независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона (статья 14).

При этом, мировое сообщество признает, что одним из ключевых условий для соблюдения справедливости любого процесса, реализации принципа равенства всех перед законом и судом, а также — обеспечения должной защиты любого человека, обвиняемого в совершении преступления, является участие адвоката на всех стадиях такого процесса.

Очевидно, что одного формального присутствия юриста в судопроизводстве недостаточно. Для того, чтобы адвокат оставался надежным, чтобы в полной мере реализовывал все необходимые, по его мнению, меры по защите своего подзащитного и оставался верен ему, он, в первую очередь, должен быть защищен сам. Защитник должен быть уверен в том, что предпринимаемые им меры по отстаиванию прав и интересов обратившегося к нему лица не станут основанием для давления на него и его близких, что в случае возникновения конфликта между ним и правоохранительными органами, общество закон и профессиональная организация смогут его защитить. Что принципиальная позиция, занимаемая им по конкретным делам, не послужит основанием для лишения его статуса.

Именно с этой целью восьмым конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями (Гавана, Куба, 27 августа- 7 сентября 1990 года) были приняты Основные принципы, касающиеся роли юристов, в соответствии с которыми Правительства обязались обеспечить, чтобы юристы:

а) могли выполнять все свои профессиональные обязанности в обстановке, свободной от угроз, препятствий, запугивания или неоправданного вмешательства (пункт 16), а также в тех случаях, когда возникает угроза безопасности юристов в результате выполнения ими своих функций, — обеспечить им надлежащую защиту (пункт 17).

Указанный международный документ является одним из основных в сфере защиты прав адвокатов. Тем не менее, нельзя забывать и про гарантии, зафиксированные в национальном законодательстве. Фактически, все существующие на сегодняшний день гарантии адвокатской деятельности можно подразделить на две основные группы — институциональные и процессуальные.

К первой группе относятся такие ключевые гарантии, как независимость адвокатуры, её самоуправление и самофинансирование, а также — невмешательство государства в деятельность адвокатского сообщества — выборы членов президиума, рассмотрение дисциплинарных производств, которые нашли свое отражение в ныне действующем Законе Республики Казахстан «Об адвокатской деятельности».

Не менее важными являются процессуальные гарантии, закрепленные в статье 17 действующего на сегодняшний день Закона Республики Казахстан «Об адвокатской деятельности», а также соответствующих статьях процессуальных кодексов.

Однако, по нашему глубокому убеждению, не представляется возможным утверждать, что указанные гарантии являются в достаточной степени эффективными.

Вот подтверждения этому:

— в 2008 году участвовавший по громкому уголовному делу адвокат АГКА Мусин Салимжан задержал лиц, шпионивших за ним и его семьей;

— в 2009 году сотрудники комитета национальной безопасности обращались в Президиумы территориальных коллегий представлениями о лишении лицензий адвокатов Бейсекеева Н. и Канафина Д.К. в связи с их публичными выступлениями по поводу нарушения прав их подзащитного, международных и национальных стандартов справедливого правосудия

— 24 февраля 2012 года без санкции прокурора был произведён обыск в помещении юридической консультации № 12 Алматинской городской коллегии адвокатов;

— в 2016 году имела место попытка допроса в качестве свидетеля адвоката Айман Умаровой по делам, по которым ее подзащитный проходил в качестве обвиняемого и свидетеля, когда вопреки нормам закона и здравому смыслу суд первой инстанции признал такой её вызов на допрос законным;

— в 2017 году сразу на трёх адвокатов Астанинской коллегии адвокатов Асель Токаеву, Ерлана Газымжанова и Аманжола Мухамедьярова было возбуждено уголовное дело за якобы имевшее место с их стороны «воспрепятствование правосудию»,

— в 2017 году имела место безосновательная попытка привлечения к административной ответственности адвоката АГКА Алимбаева И.

Помимо этого, нельзя забывать о том, что адвокаты, работавшие по известному делу о контрабанде на посту Хоргос, а также защищавшие известного журналиста Матаева, сообщали о фактах наружного наблюдения за ними.

Можно ли в сложившейся ситуации говорить о действенности существующих на сегодняшний день гарантий адвокатской деятельности? К сожалению, нет! И если даже законодательно закрепленные гарантии, основанные в том числе на императивных запретах, не работают, то что говорить о тех случаях и методах, которые в законе не прописаны?

Согласно части 8 статьи 232 Уголовно-процессуального Кодекса Республики Казахстан установлен запрет на проведение негласных следственных в отношении адвокатов, осуществляющих профессиональную помощь, за исключением случаев, когда имеются основания полагать, что ими готовится или совершено тяжкое или особо тяжкое преступление.

Даже если не брать во внимание предусмотренное законом исключение, на наш взгляд, эта гарантия эфемерна и не может должным образом обезопасить действующих защитников, поскольку указанная норма не распространяется на специальные оперативно-розыскные мероприятия (далее по тексту — «СОРМ»). Эти мероприятия представляют собой совершенно отдельный институт, не подконтрольный судебному контролю.

В соответствии пунктом 1 статьи 12 Закона Республики Казахстан «Об оперативно-розыскной деятельности» от 15 сентября 1994 года гражданство, пол, национальность, место жительства, социальное, должностное и имущественное положение, принадлежность к общественным объединениям, отношение к религии и политические убеждения граждан не являются препятствием для проведения в отношении них оперативно-розыскных мероприятий на территории Республики Казахстан, если иное не оговорено законом. Такие мероприятия проводятся исключительно с санкции прокурора (пункт 4 статьи 12).

Согласно пункту 3 статьи 11 вышеназванного закона специальными оперативно-розыскными мероприятиями являются:

1) негласные аудио- и (или) видеоконтроль лица или места;

2) негласные контроль, перехват и снятие информации, передающейся по сетям электрической (телекоммуникационной) связи;

3) негласное получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами;

4) негласное снятие информации с компьютеров, серверов и других устройств, предназначенных для сбора, обработки, накопления и хранения информации;

5) негласный контроль почтовых и иных отправлений;

6) негласные проникновение и (или) обследование места.

Таким образом, любой из вышеуказанных шести подпунктов или же все они вместе могут быть применены в отношении любого действующего адвоката Республики Казахстан. А информация, полученная в ходе проведения СОРМ — в качестве основания для давления на отстаивающего интересы своего подзащитного адвоката, или того хуже — на склонение его к сотрудничеству с органом, ведущим уголовный процесс. В правовом демократическом государстве такое не должно быть возможным!

Помимо этого, считаем недопустимой укоренившуюся практику отбора у адвокатов, участвующих в деле, подписок с предупреждением об ответственности за разглашение сведений, составляющих тайну следствия.

Такого рода ограничения в отношении защитника по сути, препятствуют адвокату в оказании квалифицированной юридической помощи должным образом на стадии досудебного расследования, поскольку лишают его возможности полноценного собирания доказательств невиновности своего подзащитного, например, своевременного обращения к специалистам для получения консультации по имеющимся в деле заключениям специалистов/экспертов. Кроме того, такого рода подписки ставят защитника в крайне уязвимое от органа досудебного расследования и прокурора положение, что является недопустимым с точки зрения существующих на сегодняшний день международных стандартов.

В этой связи, по нашему мнению, не представляется возможным говорить, что адвокаты Казахстан защищены должным образом и могут выполнять все свои профессиональные обязанности в обстановке, свободной от угроз, препятствий, запугивания или неоправданного вмешательства.

Единственный способ изменить существующую ситуацию к лучшему — ввести запрет на любое вторжение в сферу адвокатской тайны без каких бы то ни было исключений. Указанный запрет должен быть закреплён не только в Законе Республики Казахстан «Об адвокатской деятельности» (принимаемом сейчас «Об адвокатской деятельности и юридической помощи»), но и во всех существующих и принимаемых в ближайшее время процессуальных кодексах и иных законодательных актах.

Помимо этого, адвокатская тайна должна носить абсолютный характер. В этой связи необходимо обеспечить реальную конфиденциальность телефонных, электронных и прочих переговоров адвоката с доверителями, подзащитными, а также адвокатами — между собой, ввести императивный запрет на проведение СОРМ в отношении адвокатов и привлечение адвоката к конфиденциальному сотрудничеству с органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность, запретить негласные проникновения в офисы и жилища адвокатов, осмотры, обыски и изъятия их документации, личных вещей и автотранспортных средств. Исключить из части 2 статьи 201 УПК защитников, а также — законодательно запретить отбор подписки о неразглашении у принимающих участие по уголовному делу адвокатов.

Помимо этого, необходимо возложить на все государственные и негосударственные органы и учреждения Республики Казахстан гарантированную законом обязанность не просто формально отвечать на адвокатские запросы, но предоставлять любую запрашиваемую адвокатами информацию (без существующей на сегодняшний день незаконной привязки исключительно к личности обратившегося за юридической помощью лица).

Добавить комментарий: